Социальная психология в Европе

Ситуацию в социальной психологии послевоенной Европы будет трудно понять, не учитывая диалектику трансатлантического взаимообмена. С одной стороны, это американская «натурализация». Для психологии в целом Кох убедительно показал, что с исторической точки зрения европейский вклад — британская последарвиновская сравнительная психология, российская теория Павлова, эмиграция гештальтпсихологов, открытия Пиаже, «даже» феноменология и, конечно, неопозитивистская философия Венского кружка — был с энтузиазмом воспринят, усвоен и преобразован в нечто американское и несомненно индивидуалистическое с примесью местного бихевиоризма. Энергия, с которой эта трансформация была проделана, явилась следствием ранней и сплошной ин-ституционализации социальной психологии в США. Кох, как и его предшественники, показал, что культурная атмосфера, способствующая развитию прагматизма и экспериментального подхода во всех областях жизни, облегчила возникновение психологии как новой науки, «казалось, обещавшей предсказывать и контролировать человеческие поступки».

«Натурализованная» и «узаконенная», американская психология очень скоро превзошла усилия других стран количеством и объемом работ. Психология всякий раз, когда это требовалось, становилась экспортируемым товаром. Запрос же послевоенной Европы был огромен, хотя и по различным причинам, национально дифференцированным. То, что впоследствии было названо «американизацией» европейской (в частности, германской) психологии, было крайне необходимой и с благодарностью воспринятой реконструкцией и интернационализацией социальной науки, осуществленной с помощью США. Термин «американизация» справедлив только по отношению к некритически воспринятым идеям, проблемам и их решениям. В общем смысле этот процесс адаптации, хотя и с малой степенью взаимности, явился частью всеобщей «интернационализации» науки. Какова была ситуация в европейской социальной психологии перед войной? Это не была признанная «наука»; существовали только работы отдельных исследователей, интересовавшихся социальной психологией. В Англии, например, это был Бартлетт, чья основная работа «Запоминание» только в последнее время вызвала интерес среди когнитивных социальных психологов. В Швейцарии работал Пиаже, чьи многочисленные публикации, посвященные развитию ребенка, также внесли вклад в современную концепцию социализации. Особое значение имеют его исследования морального развития. В Германии стоит отметить Мёде, чья ранняя экспериментальная психология групп  произвела впечатление на Флойда Оллпорта; а также Гелл-паха, основателя недолго просуществовавшего первого Института социальной психологии и автора первого систематического немецкого учебника по социальной психологии. Ни один из указанных нами авторов и никто другой не стал основателем или распространителем европейской социально-психологической традиции; никем также не было создано научное сообщество социальных психологов. Свой вклад в их разобщенность внес в 1933 г. Гитлер.

Такова была ситуация в Европе после 1945 г. Хотя были одиночки и коллективы, проводившие социально-психологические исследования и преподававшие в различных европейских университетах, они «не осознавали существования друг друга;... каждый центр главным образом был связан с Соединенными Штатами». Это утверждение мы находим в первой редакционной статье Европейского журнала социальной психологии, основанного в 1971 г. В 1950-е годы по инициативе Америки (начиная с Осло) начали объединяться социологи и социальные психологи семи европейских государств с целью проведения междисциплинарного кросскультурного исследования реакции на угрозу и отвержение. Также по инициативе американских психологов была предпринята попытка основания постоянного объединения европейских социальных психологов.

Философия