Суждения

Связь между памятью и суждением обычно рассматривается как причинноследственная зависимость. В ранних исследованиях изменения установок убедительность сообщения рассматривалась как успешность запоминания аргументов pro и contra. Это одностороннее допущение долгое время преобладало в исследовании социальных суждений.

Современные исследователи программ эвристик суждения полагают, что суждения «запускаются» не столько внешними стимулами, сколько памятью. Понятие эвристики подчеркивает, что переработка информации редко бывает исчерпывающей или соответствующей логическим стандартам. Как правило, она основана на компромиссе между рациональностью и экономией. Эвристика является инструментом познания, позволяющим человеку выносить суждения в соответствии со своим опытом. В большинстве случаев это требует меньших усилий и приводит к достоверным выводам. Однако за достигнутую экономию приходится расплачиваться тенденциозными суждениями, выносимыми при определенных обстоятельствах.

Эвристика доступности прежде всего позволяет выносить суждения о частоте и вероятности события в отсутствие достоверной статистической информации. Даже если мы не знаем точного числа дождливых и солнечных дней в 1998 году, мы может оценить их соотношение на основании сведений памяти, приложимых к данному случаю. Если поверхностный анализ показывает, что их было примерно поровну, наше суждение будет соответствовать этому тезису. Однако, даже если формально эвристика сработала правильно, итоговое суждение может иметь тенденциозный характер, если выборка сведений памяти окажется составленной тенденциозно. Например, если память ориентирована на «приятное», и мы вспомним о большем количестве солнечных дней, наша частотная оценка также будет соответствовать этой установке. Показано, что мнения о частоте смертных случаев определяются частотой упоминания подобных ситуаций в газетах. Поскольку средства массовой информации преимущественно сообщают о драматических событиях вроде катастроф или убийств, чем о сердечных приступах или самоубийствах, частота наступления событий первого типа переоценивается.

Еще один прием — эвристика репрезентативности, также определяется данными памяти. Если человека представить как любителя моделей самолетов, шахмат и компьютеров, его скорее сочтут ученым-физиком, чем учителем, просто потому, что указанные признаки в большей степени соответствуют первой профессии, чем второй. На самом же деле, учителей (их представленность в популяции) гораздо больше, чем ученых-физиков; поэтому подобное суждение скорее всего будет несправедливым. Эвристики срабатывают по смысловому сходству (между понятиями «ученый-физик», «самолет» и «компьютеры»), а не на основе статистических показателей.

Эвристика якорного эффекта и приспособления предполагает, что качественные суждения часто направляются «якорем», поскольку только данных памяти для решения задачи приспособления оказывается недостаточно. Представьте, что вы планируете двухнедельный отдых во Флориде и хотите подсчитать его стоимость. Вы можете исходить из того, что авиабилет обойдется вам в 350 фунтов стерлингов (низкое значение якоря), и подумывать о дополнительных расходах (приспособление). Или же, используя информацию, полученную от друга, вы будете исходить из цены билета в 2500 фунтов (высокое значение якоря) и обдумывать возможности дополнительной экономии. Поскольку оценить расходы или способы сбережения средств, используя только данные памяти, невозможно, к более низким оценкам приводит «восходящий», а не «нисходящий» процесс.

Хотя большинство исследований рассматривают суждения в качестве зависимой, а память — в качестве независимой переменной, становится все более очевидным, что простая монокаузальная модель не объясняет отношения между памятью и суждением в полном объеме. Более систематический анализ эмпирических данных показывает, что часто отсутствует корреляция между показателями воспроизведения и тематикой суждений. Многие социальные суждения «уже сформированы» и присутствуют в памяти, а не создаются на основе «сырой» информации. Если женщину попросить оценить, насколько ее муж ревнив, ей для этого не потребуется сканировать память с целью обнаружения подходящих случаев; она и так «знает», что он ревнив. Готовые суждения такого типа составляют значительную часть социальной памяти.

Как было показано, суждения, основанные исключительно на данных памяти и вынесенные без учета оперативных суждений, заметно снижают успешность воспроизведения стимульной информации. Конечно, если вас попросят сказать, сколько детей живет на вашей улице, а вы никогда об этом не задумывались ранее, вы поневоле вынуждены будете обратиться к тем сведениям, которые все же содержатся у вас в памяти.

Даже при исследовании суждений, основанных на данных памяти, объем воспроизводимой информации не является наилучшим показателем. Изощренное исследование применимости эвристик было проведено Шварцем и его коллегами. Согласно их данным, суждения отражают непосредственно воспринимаемую легкость воспроизведения, а не объем удержанного в памяти материала. Например, если испытуемых попросить вспомнить 6 или 12 ситуаций, в которых они вели себя уверенно, объем воспроизведения будет больше во втором случае. Однако последующие тесты, направленные на оценку человеком своей уверенности, показывают обратное. Поскольку думать о немногих примерах легче и менее утомительно, чем об их вдвое большем числе, впечатление о себе как «уверенном человеке» будет более типичным при выполнении более легкой задачи на воспроизведение шести случаев.

Рассматривая эвристики доступности, не следует забывать об эвристике воображения. Имеется в виду, что на формирование суждений существенно влияет возможность вообразить или мысленно представить себе какие-либо события или результаты. Мнение о том, что «опасно вести машину в нетрезвом состоянии» формируется быстрее, если человек способен представить себя в ситуации аварии. Наше сопротивление мысленному проигрыванию событий обычно приводит к недооценке опасности.

Общим для всех рассмотренных эвристик является то, что память может влиять на суждения двояко: ассимилируя новую информацию (как правило) или контрастируя с ней (что случается реже). Предполагается, что суждения чаще всего формулируются под влиянием эвристик. Если более доступными оказываются приятные воспоминания, ситуация скорее воспринимается как приятная (ассимиляция). Но она может быть оценена как менее приятная (контраст), если особенно приятные воспоминания задают высокие стандарты для сравнения.

Рассмотрим исследование Блесса и Шварца. Когда весьма уважаемый первый германский президент Рихард фон Вайце-кер был представлен испытуемым как член Христианского демократического союза (ХДС), другие политики, принадлежащие к этой партии, также были оценены благоприятно. Однако ассимиляция превратилась в контраст, когда фон Вайцекер представлялся в качестве независимого главы государства. В этом случае доступность образа фон Вайцекера привела к созданию излишне высокого стандарта для сравнения, что менее благоприятно сказалось на характере суждений о других политиках. Как правило, активация стимула, создающего контекст (образ президента), приводит к ассимиляции в том случае, когда он входит в ту же категорию, что и основной объект суждения (фон Вайцекер как член ХДС). Эффекта контраста следует ожидать, если контекстный стимул исключается из категории целевых объектов (фон Вайцекер как независимый глава государства).